Гарик Кричевский — Старый жиган

В разливайке, у ларька, около лимана окружили пацаны старого жигана.
Весь в наколках, аж, горит, волосы седые, расскажи, дед Ипполит, про дела блатные.

Припев:
"Ничего вам не скажу" — старый вор ответил и слова его унес к морю теплый ветер.

И глазели пацаны на его наколки, где-то выли корабли, как в Сибири волки.

Вот расслабился старик, выпил пива лишку и напротив посадил рыжего парнишку.
И вопрос, само собой, пацаном задался: "Ходку первую свою ты за что подался?".

Припев:
"Ничего вам не скажу" — старый вор ответил и слова его унес к морю теплый ветер.
И глазели пацаны на его наколки, где-то выли корабли, как в Сибири волки.

Вспомнил дед тридцать восьмой, Сталинские нары, посадили за разбой около Самары.
"Ну, же, Митрич, не томи, не играй в молчанку", молча дед от шелухи очищал таранку.

Припев:
"Ничего вам не скажу" — старый вор ответил и слова его унес к морю теплый ветер.
И глазели пацаны на его наколки, где-то выли корабли, как в Сибири волки.

Вдруг Матрена подошла, верная супруга и расширились глаза деда от испуга:
"Что же, Митрич, старый вор, сердце-то больное, пиво, рыба, “Беломор” – дело молодое"

Припев:
"Ничего вам не скажу" — старый вор ответил и слова его унес к морю теплый ветер.
Взял супругу и побрел в сторону поселка, под рубахой верный ствол, со спины наколка.

Гарик Кричевский — Старый жиган